В древнее время на нашей планете
Жил Гомо Сапиенс в самом расцвете. 
Как-то на травку присел у пещеры 
Этот на вид не простой паренек. 
Солнце катилось за край полусферы.
Теплился чуть в очаге огонек. 
 Как хорошо помечтать на закате, 
Только вот птичка летела некстати. 
Звучно ругался в то время народ: 
Небом и стал тут сияющий свод. 
Слово простое, но есть что-то в нем: 
Небо так небо - вот так и живем... 
Небо для солнца и одуванчика.
Небо для облака и для воланчика. 
Небо для ветра, дождя и грозы, 
Для баобаба и нежной лозы. 
Небо для тех, кто с утра озабочен, 
Для молодых, стариков и не очень. 
Небо для сына, отца и внучат, 
Небо для всех, кто под небом зачат. 
Небо для лысых, кудрявых, небритых, 
Для нецелованных и для небитых. 
Небо для тех, кто женат, разведен, 
Кто для полета, для неба рожден.
Небо для птах и для с виду неловких: 
Для мотылька и для божьей коровки. 
И для "Антоновых", "Тушек", и "Илов" 
И, если верить рекламе, слонов. 
Небо для строгих и для шаловливых. 
Для работяг и немного ленивых. 

 

Разный встречается в жизни народ: 
Небо для тех, кто и скряга и мот. 
Небо для бомжа и тех, кто с квартирой. 
Небо для мирного и тех, кто с секирой.
Небо для города, сельской глуши, 
Небо для дела и так, для души. 
Небо для рокера и для джазмена. 
И для простого обычного мена.
Небо для тех, кто завидный талант: 
Будь то художник, актер, музыкант. 
Небо для немца, литовца, тувинца. 
Небо для русского и украинца.
В небе, как видим мы, нету границ: 
Небо одно для физических лиц. 
Небо для красных, зеленых и белых. 
И для отчаянных, в меру не смелых. 
Высь лишь пугает на первых порах, 
Небо для всех, обуздавших свой страх. 
Небо для взявшего пик альпиниста. 
И для десантника и планериста. 
Небо ласкает лазурью и тех, 
Кто даже изредка смотрит наверх.
Небо одно и для разных профессий, 
Классов, сословий, родов и конфессий. 
Небо делить - нет на это причин: 
Небо для женщин и также мужчин. 
Небо для опера и для налетчика. 
Для прокурора, шахтера и летчика. 
Небо для этих и небо для тех. 
Небо для каждого. 
Небо для всех. 

25   мая 1998 года. 

Помню ясный день тот летний, 
Облака на 2500, 
И леталось легко и свободно - 
Крылья сами тянули в поток. 
И парили орлы вместе с нами, 
И казалось нам - мы орлы. 
Стрелки ВАРов не опускались, 
Доходили они до пяти. 

Припев: 
Аскарово, Аскарово
- кто увидеть хочет небо 
- приезжай в Аскарово! 
Аскарово, Аскарово 
- полетать кто хочет вволю 
- приезжай в Аскарово! 

Где-то раз в году толпою мы съезжаемся сюда. 
Над огромною толпою все летаем неспеша.
Я лечу - внизу наш лагерь - дельтапланерный табор,
Дым с костра всем предвещает богатейший пищнабор.
 
Припев. 

Я хочу подняться в небо, выше белых облаков, 
И ходить по небосклону хоть до третьих петухов. 
Вот бы крылья замахали - улететь бы далеко, 
Что бы с птицами тягаться и леталось высоко!
 
Припев. 

14.03.1998 г.

Мне нынче старый друг приснился 
К себе позвал и в небе растворился...
Ты долетел, дружище, мы - еще в пути, 
А ты на финише замкнул дугой 
Полет из нету в нет, 
Побыв недолго, но побыв звездой. 

Редеет стая нас, не долетевших, 
Как много вас за финишной чертой. 
На чем летаешь там, мой друг не поседевший? 
Какой сейчас душа твоя живет мечтой? 

Мы все на небе - выше, ниже кто-то. 
Полет с крылом не круче, чем во сне. 
Для нас летанье - жизнь, а не работа, 
Ты встал на крышу неба. Мы на дне. 

Все кругло в этой жизни - круг сомкнется, 
Кому начало, а кому конец. 
В парящих струях юным отзовется 
Твой спутный след, как стук сердец. 

Брат, вставший в клин сегодня - сердцем слушай, 
Чтобы леталось нам не тяжело. 
Под облаками долетевших души 
Поддерживают и твое крыло

Вот вчера, например, я такое имел - 
Полетать захотелось! 
И была-небыла, в середине крыла 
Мы подвесили тело. 
Разрешите мне взлет, чтобы тело полет 
Ощутило, как птица. 
Землю хочется - ах! облететь в небесах 
И обратно спуститься. 

            А полетать нам хочется очень
            Мы ведь не так многого хочем 
            Каждый птенец и даже лошадь 
            Это поймет. 

Ты, Сергей не зуди, затащил - и лети! 
- Дай сперва отдышаться... 
Сам - пилот не ахти, на себя погляди,
И не надо ругаться.
 - Вот сейчас захочу - полечу, как хочу, 
Надо лишь разбежаться! 
И тебе, командир, мы пример подадим 
Как по воздуху мчаться.

       И поплывут реки-поляны мимо меня 
       И дельтапланы - вот красота! 
       Жаль, что удача 
       Со мной не всегда. 

- Саня, друг, ты держись, врач сказал - будешь жить, 
Даже кости все целы. 
Что же ты хмуро глядишь? И упрямо молчишь? 
Говори же, в чем дело! 
- Я и сам не пойму, объясни почему 
Я не справился с креном? 
Снова в небо хочу, слушай, бей по плечу, 
Но не трогай колено.
 
        И не беда, что медленно, низко 
        В небе плывешь, вися, как сосиска, 
        - Все не беда, это лишь старт 
        - Полет  впереди! 

Я отмахал 120 километров,
Чтоб улететь от буден и забот, 
Совпали склон и направленье ветра, 
Мне повезло четвертый раз за год. 

Стартую я, упруго гнутся латы, 
А по спине скользнула дрожь 
- Я не пришил на парусе заплаты 
И на каркасе не застопорил крепеж. 

Мне б только сесть - я б за иголку сразу, 
И весь крепеж застопорил навек, 
В душе похолодело, вот зараза, 
Мой дельтаплан посыпался, как снег. 

Ко мне земля, как скорый поезд мчится, 
А я не в силах с рельсов убежать, 
Наверное придеться подлечиться, 
А не охота долго мне лежать.
 
 Но вот подвеска натянулась туго, 
Я ощущаю вновь себя в седле, 
"Славутич", милый, не забуду друга, 
Теперь, давай, помедленней к земле.  

Прошел мой курс, как через лабиринты,
Вот и посадка - плавно от себя, 
Колючий куст, во всей степи один ты, 
Я приземляюсь прямо на тебя. 

Ползу наверх и словно свечка таю, 
Пускай в пару, но гору эту покорю, 
С нее за 25 секунд слетаю, 
Зато обратно полчаса парю. 

Мне б отдохнуть, а я опять цепляюсь, 
Усталость все ж в себе переборю. 
Стою на старте, как колдун качаюсь, 
Ну, может быть, теперь я запарю. 

Стартую я, упруго гнутся латы, 
А по спине скользнула дрожь 
- Ах, черт, опять я не пришил заплаты 
И на каркасе не застопорил крепеж. 

Наметился маршрут, чудесная работа, 
Необходимо "плюс" поймать - и на вираж. 
Работа - нет, не то - за призраком охота 
Без выстрелов, трофеев, я в воздухе - кураж! 

Мой дельтаплан, как хищник, на жертву налетает 
Качнуло, левый крен, прицеливаюсь - ну! 
Мишень моя большая, как призрак исчезает, 
Приборы с укоризною молчат - иду ко дну... 

Совсем чуть-чуть осталось, капризный этот призрак, 
Как я его поймаю - ума не приложу. 
Вот в небе замаячил надежды слабый признак. 
Спираль силки сжимает, я "плюсик" нахожу! 

Еще немного влево, но чувствую, что мимо. 
Добыча ускользает - не в силах удержать. 
И вот я понимаю, опять на ВАР-е минус, 
Расслабился немного - всего секунд на пять. 

И вот опять охота, и вот опять удача!
И призрак высоты растет в моих глазах. 
А я в его объятьях от счастья чуть не плачу 
И красота такая, посмотришь - просто ах! 

г.Симферополь 
Октябрь 1996 г. 

Август пылит по проселкам. 
Никнет в полях лесостепь. 
За Караканом - поселком 
Вздыбилась горная цепь.
Все на виду здесь и проще. 
Горы до небо вокруг. 
Лагерь у хиленькой рощи, 
Лента дороги да луг. 
Вот где раздолье для ветра! 
Вверх!, если ты не слабак. 
Сотня каких-то там метров, 
А все ж гора как никак... 
Пенятся синие дали. 
Тает туман без следа. 
Хоть и всего повидали, 
Едут пилоты сюда. 
Вновь по кустам редколистым, 
Бросив домашний уют, 
Бродят с утра планеристы 
И начинающий люд. 
Глухо стучит топоришко, 
Нехотя вьется дымок. 
Видно впервые парнишка 
Ладит к костру котелок. 
В тягость кухарке работа, 
А надо кормить эту рать.
 Жизнь такова у пилота: 
Маясь, судьбу поджидать. 
Спят на лугу дельтапланы. 
Старт, с непогодой, закрыт. 
"Ты мне не сыпь соль на раны" 
- Где-то рыдали навзрыд. 
Звонко гремели кастрюльки. 
Кто-то давился до слез. 
Кухня - не игры в бирюльки, 
Это, вам братцы, всерьез. 
Сколько уж лет, неизвестно, 
Служит столом пьедестал? 
Было, за первое место, 
Кто-то здесь кубок держал. 
И не припомнится сразу, 
Кто и в каком же году?
... Ветер вдруг как по заказу 
С запада свеже задул. 
Солнышко взялось за дело. 
Ширилась термика твердь. 
Роща ветвями шумела, 
Силясь куда-то взлететь. 
И без бутылки крем-соды 
Снят пресловутый синдром. 
После нелетной погоды 
Живо ожил дельтадром. 
Разом встряхнулись палатки 
И полетели за лаз: 
Каска, подвеска, перчатки, 
Фляжка воды про запас. 
Дружно натужились латы, 
Взмощив крыло во сто крат. 
И поднялись аппараты 
Круто по склону на старт.
Неудержимая сила, 
Хлынул потоком с полей, 
С места легко подхватила "Сталкер", 
"Стажер", "Апогей". 

И в одиночестве гордом 
Чтоб не простаивать зря, 
Старый "колдун" во все горло 
Что-то кричал с пустыря. 
Жаром дышала долина, 
Пахли полынью лога. 
Будто спросонок невинно - 
Мимо ползли облака. 
И уж когда над горою 
В воздухе рыскал народ, 
Брел с дельтапланом тропою 
Чуть запоздавший пилот. 
А чтобы было полегче, 
Парень, ну средних так лет, 
Ловко забросив на плечи, 
Нес двухметровый пакет. 
В лагерь свернул на минутку. 
Выпил водички стакан. 
Славя святых за попутку, 
Стал собирать дельтаплан. 
Часто взирал он на небо, 
Пот вытирая со лба. 
Грезились дали, где не был, 
Где не парила толпа. 
Чуть приускорив движенья, 
Парус надел на каркас. 
И вот уже в напряженьи 
Резво звенел полиспаст. 
Пела под ветром обшивка, 
Сей предвкушая полет. 
Но торопился не шибко 
Слабенький с виду пилот. 
Все, как учили, проверил. 
Тщательно, чин чинарем. 
Вынюхал он в атмосфере, 
Где наилучший подъем. 
И не успели учлеты 
Спрятаться в тень от жары, 
Как он на стареньком "Спорте" 
Был уже выше горы. 
Прямо над склоном спиралью 
Он набирал высоту. 
Даль открывалась за далью 
Опытному летуну. 
И оседлав этот термик, 
В тесной подвеске крыла, 
Плыл над землей академик 
Летного сверхремесла. 
Шумно сходили потоки. 
Сыпались люди с небес. 
К кухне, просрочив все сроки, 
Явно возрос интерес. 
Настежь откинув палатку, 
Пялился сонный учлет. 
Уж заходил на посадку 
Нетерпеливый народ. 
Пыжась, как правдишний летчик, 
С черным биноклем в руках, 
Робко спросил паренечек: 
"Кто это там в облаках?" 
Солнце светило. Дул ветер. 
В небо смотрел новичок. 
Кто-то не глядя ответил:
"Это Кутузов, стручок". 

г.Прокопьевск, 
5 марта 1999 года. 

Как встречу Вас - я весь сияю 
С утра до самой темноты! 
Чтобы понять мое волнение, 
Взгляни - вершины все в снегах! 
Взгляни на горы, что зелены 
И на деревья, что в цветах! 
Взгляни на небо голубое! 
Взгляни на Землю с высоты! 
И на тюльпаны, что на склонах 
- Все это сказка! Но не сны!
Увидев звезды ночью темной, 
Ты вспомни про свои мечты...

Когда увидишь вместе это
С девчонкой из Алма-Аты! 
И если чудо подвернется 
Прогулкой ночью при луне: 
Смотри, в глазах ее свеченье 
Ты дрожью сердца не спугни! 
И если все же доведется, 
Коснуться до ее руки: 
Так знай, бродяга - это счастье! 
Ведь ты с девчонкой из Алма-Аты!

Hу что ж, готов? - Готов!
Hаполнил ветер парус,
И из-под ног земля уносится назад.
А за твоей спиной
Друзья твои остались.
Дыханье затая, на твой полет глядят.
 
Hа сотни мелких дел судьба неразделима,
И сотнями дорог пришли мы все сюда,
А ведь могли и мы пройти когда-то мимо,
Hе ведая - чего лишимся навсегда. 

Когда придет пора и нам угомониться,
Уйдем в свои лета, судьбу благодаря,
За то, что были мы - как ветер и как птицы,
За то, что жили мы, летая и горя.
 
Покоя нам не знать, и каждый день воскресный
Стремимся мы сюда, где ближе небеса.
А ночью от костра уносит наши песни
Тот ветер, что с утра наполнит паруса.
                      (1981, Аскарово)

За окошком облака хмурые, прихмурые 
И совсем не хочется ни о чем мне думать! 
За окошком ветер красит небо во все серое, 
Словно не было оно голубым и светлым. 

Распахну свое окно - пусть ветер залетает! 
Пусть заходит погостить - мы друг друга знаем. 
И за стопочкой-другой, вспомним небо ясное, 
Вспомним встречи под горой разные-прeразные. 

А потом за талию я возьму гитару, 
И коснувшись струн ее, что-нибудь сыграю... 
За окошком облака всплакнули каплями дождя, 
Видно невеселые ноты их растрогали.            

Снова чарка..., и струна - бальзамом на душу легла! 
Так сидели мы втроем: я, гитара, облака! 
Вспоминая всех друзей по Земле разбросанных, 
Вот бы встретиться скорей, да время не торопится. 

За окошком облака серые, пресерые. 
Дождь стучится мне в окно - что же тут поделаешь! 
Все уж выпито давно, а облака все хмурые... 
Нет, погоду я один - ни за что не сделаю! 

На этой ветреной горе 
Летают даже в декабре. 
И в январе, и в феврале 
Щекочут темечко горе. 

Она их заманила всех. 
И дует, дует снизу вверх 
Долинный ветер-ветерок, 
Даря динамиков поток. 

Гора им снится по ночам,
Они душой все время там, 
Где вновь  упругое крыло 
На ветер весело легло.

И обжигает их мороз, 
Немеют руки, щеки, нос- 
Но для того, чтоб мчаться ввысь 
Они наверно, родились. 

Вот, кто-то кинул милый склон, 
Прекрасной далью увлечен, 
И над землей парит опять - 
Под облаками не видать. 

И разлетаются с горы 
Для этой радостной игры, 
Где ветер, даль и солнца свет, 
Ведь счастья им другого нет.

Беседуют два орла:
-Вчера съел птицу, так до сих пор во рту какая-то тряпка, трубки какие-то не могу выковырять.
-Дурак, это дельтапланерист, их же чистить надо.

-Эта травма получена на дельтаплане?
-Да, доктор...
-Вы, наверное, быстро летели?
-Нет, медленно бежал...